Торчетти и Федоров: позор в Загребе

"Все жители страны восходящего солнца меня знали и орали "Юрий-сан"

«Разбуди посреди ночи играться против финнов - мы спросим “Сколько им забить?”

- Как вы оцените ситуацию в казахстанском хоккее? Как бы стране есть два мощных клуба - “Барыс” и “Сарыарка”, а вот сборная выступает ужаснее некуда.
- Тут ответ напрашивается сам. Есть средства - приобрели легионеров, потому клубы мощные, а государственный хоккей не развивается. Хотя мальчишки-то обожают… Естественно, нужно обратиться к детям, нужно развивать детский хоккей, помогать школам.

С одной стороны, для престижа страны принципиально, чтоб была команда в КХЛ. Но какие-то разумные пределы должны быть…

Россия все-же побольше, мы пока не ощущаем этого голода по талантам, но ежели далее будем ориентироваться на иностранных тренеров, иностранных игроков, может быть, наша земля и закончит рождать вундеркиндов.

- Но, быть может, вправду эту делему лучше решать развитием детского хоккея, а не лимитом?
- Поглядите, сколько юных уезжает играться в Америку, не находя для себя места в составе.

- Я бы произнес - довольно не много. Несравнимо с показателями 90-х.
- Ну, в 90-х у нас вообщем ничего не было тут, и все ехали косяками. А на данный момент - места нет, пробиться тяжело. Приходит тренер - желает, чтоб у него итог был уже завтра. Воспитывать юного игрока ему некогда. Юному игроку нужна адаптация в команде, каким бы профессиональным он ни был, а для этого нужно время.

- Но на данный момент для адаптации есть система с МХЛ, ВХЛ…
- Это не тот уровень. А в Молодежной хоккейной лиге так вообщем есть люди, которым пора бы поменять профессию. Разумеется, что хоккеистами им уже не быть.

- Но на данный момент и в КХЛ предостаточно российских клубов, попадающих под “иностранный” и “молодежный” лимиты. Больше 20 команд. Есть куда пристроиться.
- Мест много, но нужно ведь не пристраиваться, а играться.

- В наших лигах тренеры-североамериканцы никогда не добивались огромных фурроров. Бронза Дэйва Кинга - их наилучший итог в истории. Но на данный момент североамериканцев во главе команд КХЛ вновь чрезвычайно много. И даже столичным ЦСКА управляет Торчетти.
- Это, естественно, дело управляющих клубов. Но, на мой взор, необходимо вокруг себя поглядеть, поискать тренера с российским паспортом, юного, умеющего работать, который вправду знает хоккей и нашу жизнь.

Я постоянно удивляюсь: финны у нас учились-учились. Нас разбуди ночкой, да хоть опьяненных, скажи “Идите с финнами сыграйте”, мы лишь спросим “Сколько им забить?”.

В наше время так было. А на данный момент они к нам приходят как учителя. Кого они воспитали из великих игроков? Селянне? Курри? И все. А другие просто выкидывают шайбу из зоны. Великих-то они фактически не воспитывали. Даже уровня наших сегодняшних звезд - Ковальчука, Малкина, Овечкина - у их игроков нет.

“Эпштейна грабили сначала”

- Вы - один из самых результативных защитников в нашем хоккее. Почему вас постоянно так тянуло в атаку?
- Почему тянуло, не знаю. А моя результативность стояла на умении впору открыться, получить пас. И позже, я играл с таковыми партнерами, которые умели выдавать умнейшие передачи. Я в “Спартаке” 5 лет отыграл с тройкой Шалимов - Шадрин - Якушев. Они чрезвычайно много забивали за сезон, ну и мне что-то перепадало.

10 лет я играл в воскресенском “Химике”, и там различался результативностью. Умел как-то так впору кинуть - не сильно, но точно. А основное - нежданно. Нас постоянно учили - нужно играться на собственных наилучших качествах, подтягивая недочеты.

- Хотелось спросить вас о Николае Эпштейне, знаменитом наставнике “Химика”…
- Вот, кстати, Эпштейн, Чернышев, Тарасов. Сколько они в клубах работали? 20, а то и больше лет. Они знали, что они работают на клуб, готовят смену. Кого-либо, естественно, “Динамо” либо ЦСКА хватали с периферии, “призывали”, да и собственных игроков сколько вырастили.

Эпштейн, естественно, чрезвычайно расстраивался, когда из его команды забирали игроков. Его грабили сначала. Воскресенск под боком. Чуток приметный игрок возникает, здесь же армейцы либо динамовцы забирают.

Но чем Эпштейн был неплох - он давал юным игрокам время на льду. Он с ними копошился, ковырялся, учил хоккею. У него было кредо - сначала глядеть, как игрок мыслит. Ежели он на футбольном поле либо на баскетбольной площадке мыслит, означает, и в хоккее заиграет. И с ним можно согласиться. Ежели силу можно подкачать, скоростные свойства подтянуть, то игровое мышление дается тяжело.

Меня он взял из Балашихи, с первенства Столичной области, и сходу поставил в состав на чемпионат СССР. Кстати, в тот же год мы выиграли бронзу. Я в стане воскресенцев играл 10 лет и выиграл две бронзы.

В Воскресенске чрезвычайно отлично работала хоккейная школа. Опосля нас оттуда вышло новое поколение звезд - Ларионов, Каменский. Школа и на данный момент работает, но, естественно, уже не в том объеме.

В конце жизни Эпштейн тяжело болел, не знаю, как это заболевание, именуется. Но он ушел из дома не мог вспомнить, где он, что с ним…

“Я был одним из первых россиян на госслужбе в Стране восходящего солнца”

- Поведайте о собственной японской работе. Сколько лет вы там провели?
- В общей трудности девять лет. С перерывами, правда. Во время первой поездки мы с Шадриным были играющими тренерами, за три года я два раза стал фаворитом Стране восходящего солнца. Мне тогда 34 года было, я еще в боевой форме был. Мы тоже, как и сегодняшние хоккеисты, могли бы играться до 40, но у тренеров на автомате было заложено, что в 32 пора прощаться с игроком.

В ЦСКА, например, пришел Тихонов и разогнал всех собственных великих армейцев. Потому в то время окончили все - Михайлов, Петров, Лутченко, Цыганков. А в остальные какие-то клубы в СССР нам уже не хотелось.

- Япония - умопомрачительная страна. Что вас поразило больше всего?
- Поначалу все поражало. Хоть я за время карьеры объехал всю Северную Америку и Европу, повидал мир, Япония была кое-чем новеньким. Удивила, к примеру, своим богатством техники. У нас в то время никакой не было, а у их - “Панасоники”, “Сони”…

Снова же, необыкновенная пища. В Москве не много кто ел истинные суси и сасими. “Суши”, которые делают в наших ресторанах, это совсем не то. Ежели вы желаете поесть истинной японской пищи, нужно лететь в Токио либо ближе к морю.

Люди типичные. Но к нам все чрезвычайно отлично относились, рады были посодействовать. С хоть какими просьбами можно было обращаться - отказа не было. Общество, правда, несколько законсервировано, держится за свои обычаи. У их, скажем, быть может не только лишь праздничек городка, да и праздничек отдельной улицы. Все они это обставляют, гуляют, пьют саке, пиво. Веселятся, в общем. Все красочно.

- Но у их же есть какие-то особенные понятия о чести, достоинстве, может быть, чувствительность какая-то.
- Ну, мы старались никого не обижать, чтоб они харакири не сделали (смеется). А так, наверняка, у каждого человека есть свои особенные понятия о этих вещах.

“Российский дом” в Нагано сделал мой друг-японец»

- Чем вы занимались в Стране восходящего солнца опосля окончания игровой карьеры?
- Опосля Томакомаи, где мы игрались во время первой командировки, мы года четыре жили в Нагано, который готовился к Олимпиаде. Я официально числился работником префектуры. Там был большой спортивный отдел, мне выделили отдельный стол и сделали «явочный день», когда кто-то был должен приходить в префектуру.

Я консультировал их по строительству хоккейных арен - «Большой шляпы» и еще некий. К примеру, вставал вопросец, сколько необходимо раздевалок. Я говорил - планируйте, чтоб для каждой команды у вас была отдельная. Сушилки необходимы, план раздевалок… У их хоть и есть какие-то наброски, все они равно должны услышать это из уст хоккеиста, олимпийского чемпиона.

В то же время я консультировал хоккейные команды всей префектуры Нагано. У меня было команд 20, начиная с малеханьких девчонок и заканчивая взрослыми мужскими коллективами. У меня график был на месяц вперед забит. А жители страны восходящего солнца были рады со мной кататься, упражнения делать, двусторонку играться.

Опосля Олимпийских игр 98-го мы в марте совсем возвратились домой. А в целом я около 4 лет провел в данной префектуре и числился там муниципальным служащим. Правительство мне официально платило зарплату. Умопомрачительно, но я был одним из первых россиян, состоящих на госслужбе в Стране восходящего солнца.

Во время Олимпийских игр я был с нашей сборной. Повсевременно их курировал, так как знал японский язык на разговорном уровне. Докладывал, когда автобусы подать, когда отъехать, кому в допинг-контроль сходить. Повсевременно общался с нашими игроками.

Все жители страны восходящего солнца меня там знали. Все бежали ко мне, орали «Юрий-сан»… А супруга в это время работала с нашими фигуристами. И лыжникам я посодействовал. Им нужен был домик рядом с трассой, чтоб спецы были в конкретной близости от снега и могли верно подбирать смазку, так я им отыскал прямо в 200 метрах от подходящего места. Чрезвычайно много золотых медалей оттуда увезли.

А еще российский дом нам безвозмездно сделал мой друг японец. Там все успевали побывать, такие культурные программы были. Один я так не попал.

Так что свою лепту в наши победы в 1998-м мы внесли. Даже государь Смирнов одарил меня грамотой за эту Олимпиаду. А вторую грамоту я получил уже от Самаранча.

- Вы в Стране восходящего солнца тренировали всех - и парней, и дам. Как вы смотрите на перспективы дамского хоккея? Стоит девченок отдавать в этот спорт?
- Что означает «отдавать»? Нужно, наверняка, сначала глядеть, желает ли она сама играться, любопытно ли ей это. Против воли делать ничего не стоит.

У меня внуку 5 с половиной лет. В прошедшем году я его сюда привез, надел коньки. «Давай, Саша, будем кататься!». Круг его провез - у меня спина аукнулась. Говорю: «Саш, давай сам». Он проехал чуть-чуть - свалился. Встает, развернулся и поплелся к лавке. Говорит: «Деда, все, я закончил».

Что делать? Снова его выкидывать на лед либо как? Здесь необходимо осмысленно к вопросцу подойти. Меня, например, никто не заставлял. Я грезил, что мне купят коньки, и я буду кататься. Ежели девчонка сама желает, ежели в ней есть рвение, не нужно ей запрещать. Ежели будет заниматься на любительском уровне, то это лишь для здоровья.

- Вы - большой патриот Балашихи. Смотрите за выступлениями балашихинского «Динамо» в ВХЛ?
- Я прогуливался на матчи ХК МВД в КХЛ, а «Динамо» - это инородное тело. Хотя я балашихинец, там родился и живу до этого времени. Мы рады, что у нас возникла арена, работает СДЮШОР 2-мя отделениями - хоккей и фигурное катание. У нас работают примечательные тренеры. Практически за четыре года мы из ДЮСШ перевоплотился в СДЮШОР, и это говорит о многом. Я там работаю старшим тренером.

Мы мечтаем о разработке местной команды. Когда наши воспитанники 2003 года рождения возрастут, когда доморощенная «молодежка» покажется и младшие подтянутся, все получится. Будет своя команда, будут полные трибуны, все бабушки и дедушки, лишь тогда у нас будет своя реальная дружина.

А «Динамо» и молодежный МВД… Ну, кому любопытно, пусть прогуливаются на их.